Войти   Регистрация

Дело о мене стадиона: «Поступила просьба от губернатора Груздева»

«Речь шла о сумме в 5 миллионов долларов»

Репортаж ИА «Тульские новости» со странного заседания по делу о мене Центрального стадиона в Туле

См. также: «У Гусева спросите»
На тебе, убоже, что нам негоже…

Накануне в Советском районном суде прошло очередное заседание по делу о мене Центрального стадиона. Напомним, экс-руководителя комитета имущественных и земельных отношений администрации Тулы Татьяну Силаеву обвиняют в превышении должностных полномочий. Сделка мены была совершена в конце 2014 года. В собственность города перешла часть территории стадиона, а также объект на улице Железнодорожной. В руки частника же отдали территорию депо на улице Оборонной. Сторона обвинения считает, что в результате сделки депо выбыло из управления МКП «Тулгорэлектротранс», и предприятию пришлось арендовать площади, а именно то же самое депо. Сумма аренды и вылилась в сумму ущерба – 61 307 364 рубля.

Допросили на заседании 3 свидетелей. Сотрудника правового отдела «Тулгорэлектротранса» Евгению Аркуш, бизнесмена и бывшего сотрудника администрации Сергея Китанина, а также его супругу Ирину Злобину, которая на момент сделки являлась сотрудником «Тулгорэлектротранса» и одной из сторон сделки мены. Именно она стала собственником территории депо.

Свидетель [Китанин] пояснил, что предприятие просили неоднократно освободить территорию.

Прокурор: Как руководитель предприятия обосновывал причину того, что он не освобождает территорию [депо]?

Китанин: Я уже не помню. Наверное, некуда было съезжать. Я не могу точно сказать. Но, скорее всего, некуда было съезжать.

Адвокат Инна Алябьева: С чего вдруг вашему партнеру Гусеву пришла в голову идея (или не ему) приобрести…

Китанин: Не могу сказать, у него спросите.

Адвокат Алябьева: Приходит ваш партнер и говорит: «Давай купим стадион и подарим его городу»…

Китанин: Никто его не дарил.

Адвокат Алябьева: Хорошо, не подарим, а путем такой сложно комбинации отдадим его городу. Вы у него не спросили: «А с чего вдруг?»

Китанин: Городу, наверное, нужен был стадион для того, чтобы играть всем в футбол и смотреть спортивные мероприятия. А для чего ему это в голову пришло? Ему, наверное, кто-то подсказал эту идею.

Адвокат Алябьева: Кто?

Китанин: Вы у него спросите. Он мне предложил, я не отказал.

Адвокат Алябьева: А почему именно на Оборонную нужно было поменять стадион?

Китанин: Я не могу сказать. Мне предложение уже конкретное поступило, что будет Оборонная и нам нужно было купить стадион и отдать ту базу, которая была зарегистрирована на моей жене.

Адвокат Алябьева: То есть, план мероприятий и выбранные объекты были вам озвучены Гусевым?

Китанин: Да.

Адвокат Алябьева: И вы с этим полностью согласились?

Китанин: Нууууу, согласился, если это произошло.

Адвокат Баркунов: При приобретении вами стадиона, 140 миллионов – сумма внушительная, риска того, что этой мены не будет, не существовало? Или существовал такой риск?

Китанин: Ну, оставили бы себе стадион.

Защита Силаевой заявила ходатайство частично огласить показания Китанина на предварительном следствии ввиду некоторых противоречий. Речь шла о том, откуда именно Китанин узнал о готовящейся сделке мены.

Прокурор: Гусеву-то откуда поступила информация?

Судья – адвокату Баркунову: В этой части [противоречия]?

Адвокат Баркунов: Да, конечно.

Адвокат Алябьева: На следствии вы были более осведомлены откуда Гусев принес эту идею вам.

Китанин: Ну, там написано, да…

Адвокат Алябьева: Там-то написано, но…

Китанин: Мне просто фамилию назвать? Да, это было от Груздева, как он мне сказал.

Адвокат Алябьева: А сейчас-то в чем проблема?

Китанин: Ни в чем.

Адвокат Алябьева: Вы говорите спросить у Гусева…

Китанин: Ну, он придет и более подробно расскажет!

Судья: Вас же допрашивают.

Китанин: Да, хорошо…

Адвокат Алябьева: Вы за него не отвечайте. Вы сейчас скажите. Вам этот вопрос задали и так, и так, и наперекосяк.

Китанин: Я ответил.

Адвокат Алябьева: Груздев! Так все-таки вы подтверждаете, что именно на Груздева сослался ваш партнер деловой?

Китанин: Да, конечно. По крайней мере, он мне об этом так сказал.

Показания Китанина на стадии предварительного следствия все-таки были озвучены.

— В 2014 году, точной даты я не помню, от моего делового партнера Гусева И.Н. мне стало известно, что ему от губернатора Тульской области Груздева В.С. поступила просьба о приобретении имущества стадиона «Арсенал» и последующей безвозмездной передаче городу. Гусев И.Н. на данное предложение согласился. [неразборчиво] Речь шла о сумме в 5 миллионов долларов – примерно 140 миллионов рублей. В дальнейшем от Гусева мне также стало известно, что просьба Груздева о приобретении и передаче стадиона вновь была озвучена, но на этот раз речь шла не о безвозмездной передаче, а о мене [неразборчиво]. На какое имущество, мне еще не было известно. Через какое-то время мне от Гусева стало известно, что к мене предлагается имущество на Оборонной, 102.

Показания Китанин подтвердил.

Следующей в зал зашла его супруга Ирина Злобина. Допрос свидетеля обещал быть долгим. Так оно и вышло, хотя показания можно было (слегка преувеличивая, конечно) уместить в три слова – «Я не помню».

Отметим еще раз, что Злобина на момент сделки являлась заместителем директора «Тулгорэлектротранса» по правовым вопросам. В ее собственность после сделки перешло депо.

Прокурор: Давайте подробнее. Откуда вам стало известно, что данная сделка должна была состояться? Кто говорил про данную сделку?

Злобина: Про данную сделку мне сказал муж.

Прокурор: Когда?

Злобина: [пауза] в 14-ом году.

Прокурор: Так, и что он вам сообщил?

Злобина: Сообщил, что есть такое предложение совершить сделку по приобретению имущества.

Прокурор: От кого предложение поступило, вам известно?

Злобина: Нет.

Прокурор: А муж вам не говорил?

Злобина: Нет, не говорил.

Прокурор: Так, и что это за сделка?

Злобина: По приобретению имущества на стадионе «Арсенал».

Прокурор: Так…

Злобина: Далее… Что далее? Я заключила договор купли-продажи, [неразборчиво]
принадлежали данные объекты, зарегистрировала их и заключила договор мены. Супруг меня поставил в известность, что это делается не просто так, а, возможно, в дальнейшем будет заключен договор мены на какое-то имущество, принадлежащее городу.

На какое имущество? На тот момент, пояснила Злобина, она этой информацией не обладала.

Адвокат Баркунов: Вы реально осознавали то, что, получив имущество депо в собственность, вы в любой момент как собственник имеете право распорядиться им по своему усмотрению? Сломать, подарить, перепродать, снести, застроить, выселить автобусный парк. Вы это понимали?

Злобина: У нас была договоренность, что у нас будет договоренность… Договор краткосрочной аренды.

Адвокат Алябьева: А что потом делать предприятию, когда краткосрочный договор аренды закончится?

Злобина: Переезжать на другую базу, на которую они собирались.

Адвокат Алябьева: А на какую базу они собирались переезжать?

Злобина: Я предоставила в собственность муниципалитета земельный участок 5,5 гектаров путем договора пожертвования, который был заключен одновременно с договором мены.

Адвокат Алябьева: Вы имеете ввиду территорию на Железнодорожной?

Злобина: Да.

Адвокат Алябьева: А они собирались туда переезжать?

Злобина: Я не знаю. Мы заключали договор. Я передала объекты недвижимости.

Адвокат Баркунов: Подождите минуточку. Вы с одной стороны лицо, передающее имущество. Вы с другой стороны должностное лицо, отвечающее за правовое обеспечение деятельности муниципального казенного предприятия. Посмотрите на эту ситуацию с двух точек зрения.

Злобина: Я не технический специалист.

Адвокат Баркунов: Вы с кем-то из технического персонала согласовывали этот вопрос [переезд на Железнодорожную] до заключения договора мены и сдачи имущества в аренду? Не в один же день родилось. Вы пришли, Симакович [на тот момент являлся директором МКП] заступил на должность и сказали: «Будем меняться!» Он сказал: «Будем».

Злобина: Наверное, так и произошло.

Адвокат Баркунов: Так и произошло!

Адвокат Алябьева: А кто готовил сам договор мены? Кто напечатал его на
бумажке?

Злобина: Ко мне поступил готовый договор.

Адвокат Алябьева: От кого?

Злобина: Почтой.

Адвокат Алябьева: Какой почтой?

Злобина: У меня на предприятии была папка с почтой, там лежал договор со всеми
остальными документами.

Адвокат Баркунов: Договор между МКП и гражданкой Злобиной. Кто его составил?

Злобина: Не знаю.

Адвокат Алябьева: А папка электронная? Бумажная?

Злобина: Бумажная.

Адвокат Алябьева: И как он там материализовался?

Злобина: Откуда я знаю как там появляется почта?

Адвокат Алябьева: Удивительное дело: никто не составлял, но договор есть.

Судья: А кому вы договор передали?

Злобина: Обратно в папку положила и он дальше ушел на предприятие.

Адвокат Баркунов: Хорошо, давайте вернемся в сентябрь 2014 года. Что вам известно о заключении МКП «Тулгорэлектротранс» договора оценки имущества депо? Зачем он был заключен? На основании чего? Кем? Почему?

Злобина: Зачем был заключен данный договор я не знала. То, что такой договор был, это факт.

Адвокат Баркунов: Как так получилось, что договор на оценку был заключен раньше указания со стороны зампредседателя комитета Миненко о проведении такой оценки?

Злобина: Я не помню этого документа.

Защита предъявила Злобиной ряд документов. Свидетель подтвердила, что письмо
об оценке в КИЗО отправляла именно она.

Адвокат Баркунов: Ирина Сергеевна, а понятие «конфликт интересов» вам знакомо? Вы не усматриваете конфликт интересов в том плане, что вы как должностное лицо предприятия обязаны обеспечивать его правовую безопасность, скажем, так, подготовили Мельникову письмо на имя Силаевой, согласно которому он просил разрешить мену имущества депо, зная о том, что отчуждается имущество необходимое для его [предприятия] производственной деятельности?

Злобина: А с чего вы взяли, что я готовила письмо от имени Мельникова?

Адвокат Баркунов: А с того, что господин Симакович два месяца назад на вашем месте сказал, что «Я пришел на работу, ко мне через два дня подошла Ирина Сергеевна Злобина и сказала подписать письмо подготовленное».

Злобина: Симакович сказал. А я говорю, что я не заставляла и не просила.

Адвокат Баркунов: Вы не готовили письмо на имя Силаевой?

Злобина: Я не готовила. Нет.

Адвокат Алябьева: А вы говорили Симаковичу о том, что вопрос мены решен и от
него ничего не зависит? Ему нужно формально поставить свою подпись.

Злобина: Я вообще не помню такого разговора.

Адвокат Баркунов: Вы только что сказали, что отчеты об оценке стадиона и Железнодорожной делали вы. А как они попали в МКП?

Злобина: Я не помню.

Адвокат Баркунов: Вы видите письмо… Вы направляли в МКП официально отчеты эти?

Злобина: Я не помню.

Адвокат Баркунов: Как не помните?

Злобина: Вот так, не помню. Седьмой год уже идет.

Адвокат Баркунов: Вы в каждом году по 34 стадиона меняете на депо? Как можно не помнить?

Адвокат Баркунов: А можете вспомнить как 30 декабря 2014 года вы заключили договор аренды, еще не будучи собственником имущества на Оборонной, 102? Регистрация прошла у вас 25 января.

Злобина: [неразборчиво] Это техническая ошибка.

Адвокат Баркунов: То есть, получается, что в период с 30 декабря 2014 года по 25 января сумма арендной платы была выплачена вам МКП ошибочно?

Злобина: Я не в курсе. Я не понимаю, как так произошло. Дело в том, что с момента подписания договора и актов приема-передачи фактически арендатор пользовался имуществом.

Не помнит также Злобина и то, как происходила оценка рыночной стоимости депо в 2017 году. Тогда, когда резко выросла стоимость аренды. По словам Баркунова, в отчетах нет технического паспорта объекта и акта осмотра, а фотографии взяты из сервиса «Яндекс.Карты».

Адвокат Баркунов: Как вы можете это объяснить?

Злобина: Никак. Я не специалист. Я заказчик.

Адвокат Баркунов: Кто предложил все 16 объектов депо взять в аренду? Вы предложили, сказав: «Берете все 16 или я вам ничего не сдам». Или в МКП сказали: «Ирина Сергеевна, дайте нам, пожалуйста, 16, мы без них не можем существовать»?

Злобина: Я такого не говорила. И я не помню, как это произошло.

Адвокат Алябьева: У вас вообще много имущества, которое вы сдаете в аренду?

Злобина: Нет.

Адвокат Алябьева: Объект на Обороной, он был единственным?

Злобина: Это вообще к делу не относится, ваша честь…

Судья: Отвечайте.

Злобина: Единственным или не единственным?

Адвокат Алябьева: Который вы сдавали в аренду.

Злобина: [пауза] Да.

Адвокат Алябьева: Тогда позвольте с вами не согласиться, что по всем ключевым моментам, несмотря на то, что прошло довольно-таки много, как вы говорите, времени, вы не помните ответы на эти вопросы.

Злобина: Я на многие ваши вопросы не помню ответы.

Адвокат Алябьева: Я бы согласилась, если бы вы не помнили, за сколько вы покупали сапоги или туфли, но когда речь идет о стадиона и депо, позвольте с вами не согласиться.

Баркунов зачитал Злобиной ее должностную инструкцию как заместителя руководителя МКП по правовым вопросам.

Адвокат Баркунов: С точки зрения начала всей этой эпопеи по отчуждению путем мены и сдачи в аренду в вашу бытность замом директора, как это корреспондируется с обязанностью защищать интересы предприятия?

Злобина: Фактически мои функции сводились к руководству юридическим отделом. Никакого отношения к принятию стратегических решений от имени директора, я не имела. Я не технический специалист. Это предприятие техническое. Там есть директор, замы, главные инженеры, которые такой информацией располагают, знаниями, образованием.

Адвокат Баркунов: Вот тут допросили всех руководителей – действующих, бывших, которые в один голос говорят: «С нами до заключения договора мены никто вопрос о ее возможности, целесообразности не обсуждал». Одному товарищу задаю вопрос: «Это что, втихаря произошло?». Говорит: «Да». Каким образом удалось скрыть от специалистов сам факт предстоящей мены?

Злобина: Я не в курсе.

Адвокат Баркунов: Вы правовое заключение по целесообразности возможности сделки давали? Ваша обязанность прямая. Пункт 3.6.

Злобина: Я не помню.

Адвокат Баркунов: Опять не помните!

Злобина: Не помню.

Адвокат Баркунов: А вы вообще что помните? Что вы вообще делали на предприятии? Чем вы занимались?

Злобина: Это было 7 лет назад.

Адвокат Баркунов: Как вы не помните, давали ли заключение о возможности мены?

Злобина: Не помню.

Адвокат Баркунов: А кто это может помнить, кроме вас? Ваш подчиненный сказал, что он не разрабатывал договор аренды. Только что была Аркуш: «Мы не разрабатывали договор мены, не разрабатывали договор аренды». Есть в деле письма от администрации города и комитета, что они не осуществляют правовое сопровождение деятельности подведомственного предприятия. Вопрос. Юристы не разрабатывали, директор не разрабатывал, Силаева не разрабатывала. Кто разрабатывал проект сделки? Она в папке появилась из воздуха. Вообще смешно.

Злобина: Вы посмейтесь, если вам смешно, но я не разрабатывала никакие проекты договора, что касается договора мены.

Адвокат Баркунов: Ирина Сергеевна, а вы хоть помните, что вы 20 миллионов в месяц от «Современника» получали арендной платы за земельный участок? Или тоже не помните?

Злобина: Ваша честь, я считаю, что такой вопрос, такое утверждение вообще не относятся к делу.

Адвокат Баркунов: Не проблема. Сейчас огласим договор аренды. Он в деле есть. Огласить?

Злобина: Как это относится к делу?

Адвокат Баркунов: Он в материалах дела. Договор аренды между Злобиной Ириной Сергеевной и ООО «Современник». 20 миллионов рублей в месяц арендная плата для строительства домов.

Злобина: Каким образом это относится к делу?

Судья: Суд не снимал данный вопрос.

Злобина: [пауза]

Баркунов: Расходы вы большие несли? Вы их компенсировали. 20 миллионов в месяц. О как… 20 миллионов в месяц… И не помните ничего о том, что было предтечей того, чтобы потом из этого извлекать доход. У нас статья 10 закона о противодействии коррупции дает определение конфликта интересов. Это получение имущественной выгоды и иной выгоды в силу своего должностного положения. Вы как замдиректора должны были эту сделку предотвратить и не допустить! А вы мало того, что ее совершили…

Речь Баркунова была прервана прокурором и судьей.

Баркунов ходатайствовал о повторном приглашении Симаковича и Злобиной в суд, так как их показания противоречат друг другу. Ходатайство было отклонено.

Как ранее супруг Злобиной «забыл» фамилию Груздева, так и Злобина не вспомнила об инициаторах «затеи» со сделкой мены. После оглашения показаний, свидетель их подтвердила.

— Да, я давала. Я вспомнила, что так и было. Просто это было полгода назад, я забыла, — сказала Злобина.
***

Следующее заседание по делу о мене состоится 17 мая. Ожидается, что в суд прибудут [Игорь] Гусев и Валерий Шерин.

Полная версия

 

Комментарии

  1. АватарГость

    Ирина совсем запуталась. Ответы на все нейтральные вопросы- тут она помнит все, на вопросы связанные с конкретно ее мутной ролью в этом деле — не помню. Конечно же в МКП все прекрасно помнят как именно она носилась с этой темой и именно она бегала к Силаевой и вместе готовили этот мутный договор. Они же подружки. А сейчас тут помню, тут не помню. Как буд-то ей это поможет.

  2. АватарДаль

    Там где [неразборчиво] видимо самое интересное? В остальном всё прекрасно, муж и жена, работая на госдолжностях фактически грабят город по предварительному сговору с неизвестными лицами и никому дела нет.
    Но есть уверенность, что именно они станут стрелочниками в этом деле. А «неизвестные лица» будут и дальше грабить и уродовать наш город.

      1. Аватарвопрос

        Можно уточнить время, в которое они ржали?
        У меня другие сведения от журналистов там присутствующих — когда Злобина уходила после допроса у нее губы тряслись

  3. АватарКурор

    Интересно, а откуда у бывшего чиновника Китанина и директора МУПа Гусева пять миллионов долларов? И на счете какого предприятия эти деньги находились? Не офшор ли это? В какой юрисдикции осуществлялась сделка по приобретению стадиона если его ценник был в долларах? Не было ли в этой сделке ухода от уплаты налогов на территории Российской Федерации?

      1. АватарКурор

        Почему риторический? Практический! Пусть расскажет где они с Китайцем все это честно заработали.

        1. АватарVictor T

          Года полтора назад я спрашивал автора одной из статей в комментарии про ООО «ТОДЦ»:

          «Не могли ли Вы пролить свет на поставки ООО «ТОДЦ» Тулаавтодору в 2014 году, когда 2 контракта потянули более чем на 1 млрд? Там действительно были поставки громадных объемов или бюджет развели на млрд?
          Интересно, что к тому времени областная Корпорация развития стала соучредителем ООО «ТОДЦ», а потом буквально за несколько дней до прихода нового губернатора вышла из состава учредителей.
          Может, проясните роль подручных Груздева в контрактах 2014 года между Тулаавтодором и ООО «ТОДЦ»?»
          https://www.bloha.info/view/articles/1072049/

          Там и некоторые ответы в комментариях…

  4. АватарБывший

    А что меняется в Туле?
    Да нифега!
    Чиновники с Гусевым как воровали, так и воруют и имущество города и бюджет города, а самое страшное то у них уже все прикормлены, начиная с окружения генерал-губернатора заканчивая прокурором….

  5. АватарАноним

    Мне нравится фраза «Супруг меня поставил в известность, что это делается не просто так…», только окончание неверное, а правильно будет «, а для того, чтобы потом скоммуниздить все это у города себе»

  6. АватарVictor T

    =…ему от губернатора Тульской области Груздева В.С. поступила просьба о приобретении имущества стадиона «Арсенал» и последующей безвозмездной передаче городу=
    ————————————————————————-
    )))
    В переводе на нормальный язык это означает, что областная власть под эту «уважительную причину» (бизнесмены потратятся на приобретение стадиона для бесплатной передачи городу) скорее всего где-то в других сделках отсыпала уважаемым бизнесменам госбабла в разы больше их расходов на покупку стадиона;)

    Так что заинтересованные в борьбе с казнокрадством правоохранители давно проверили бы все сделки того периода упомянутых бизнесменов, связанные с госзакупками. Наверняка где-то прошли очень приличные суммы, возможно даже аномально большие.

    Проще всего скрыть казнокрадство при строительстве и ремонте инфраструктуры, например, дорог: поставки строительных материалов, работы, услуги…
    Впрочем, кому это нужно?(((

  7. АватарГостья

    Охреневаю! Судье и прокурору не кажется, что они в каком то фарсе участвуют?
    Фигуранты не просто с амнезией, они, вообще, не в адеквате!
    «Как же они в Очистке то служили?»
    Кто то в папку клал документы? К каждого документа есть автор и исполнитель.
    Интересно, если бы в папке смертный приговор оказался, его тоже бы подписали?

    1. Аватардед

      Так прокурор и утвердил такое обвинительное заключение, в котором можно заблудиться, как в трех соснах, тем самым спровоцировав этот самый ФАРС! Все продумано и с кем надо уже решено!

      1. АватарАноним

        Прокурор сам ничего не читает перед утверждением.
        Виновным нужно делать того, кто ему подсунул эту шнягу, доложив, что там все правильно
        Желательно — с увольнением
        Заодно и другим наукой будет

  8. АватарСколько будут дурить

    Долго будут мозги е….. Ь эти б…. И судья вместе с прокурором будут слушать этот бред, достойный палаты номер 6.?

  9. АватарОбъективно

    Если предположить, что «просьбы» были основным занятием, то насколько же он «напросил» за эти годы?

Добавить комментарий