Войти   Регистрация

В Туле монетизировали труд особенных людей

Лепка как средство заработка, реабилитации и социализации

Фото: Даниил Бессонов

В Туле есть государственные организации, которые занимаются обучением детей с особенностями развития, в частности, с ментальными нарушениями. Однако они занимаются преимущественно детьми до 18 лет. Судьба подопечных после достижения совершеннолетия остается вне их поля зрения. В 2014 году сотрудники этих организаций связались с Центром традиционной тульской керамики, чтобы подростки с особенностями развития получили возможность обучаться в гончарной мастерской. Так появилась инклюзивная мастерская «Открытая керамика«.

Центр традиционной тульской керамики создали Александр и Елена Палевские вместе со своей коллегой Натальей Худовой. Александр — профессиональный гончар, Елена — керамист, кандидат искусствоведения и народный мастер России (для получения этого звания нужно одобрение комиссии Союза художников России и рекомендации от действующих народных мастеров. — Прим. ред.), Наталья — мастер изразца. Вместе они занимаются сохранением и развитием гончарного дела.

Елена Палевская. Фото: Даниил Бессонов

В «Открытой керамике» ученики старшего возраста с ментальными расстройствами проходят инклюзивное обучение в качестве подмастерья мастера традиционной керамики, а в дальнейшем сами становятся мастерами и полноценными участниками трудовых и экономических процессов. Их работы реализуются наравне с работами других мастеров, становясь одновременно средством заработка, реабилитации и профориентации.

«У меня есть смелая теория о том, что ментальные нарушения, в частности, аутизм, не то что не являются помехой, а дают преимущества в традиционных ремеслах. Эти преимущества связаны с тем, что мышление таких ребят очищено от примесей современных проблем. У современных людей тоже множество ментальных проблем: клиповое мышление, рассеянное внимание и масса прочих вещей. Пускай наши ученики не считают интегралы и наивно рассуждают о социальных вопросах, но при этом они максимально сосредоточены, продуктивны и их образное мышление намного лучше развито», — говорит Елена Палевская.

В то время как обычные ученики удивляются, почему мастера Центра традиционной тульской керамики не делают вещи по образцам Instagram или Pinterest, их коллеги с ментальными особенностями кропотливо выводят под руководством наставников узоры на гончарных изделиях и изразцах. Такие же делали в Туле несколько веков назад. В этом организаторы проекта видят еще и способ сохранения исторического культурного наследия.

«Существуют современные тренды, и это абсолютно нормально. Но мода быстро меняется. В то же время наши воспитанники сохраняют то, что будет востребовано всегда — национальное искусство, наши художественные промыслы», — говорит Елена Палевская.

Фото: Даниил Бессонов

«Я сама получила звание народного мастера в 15 лет, еще до аттестата о среднем образовании. Мои работы хорошо принимали, хвалили, но тогда я не понимала причин этого. Работы были хорошими, но не были высшим пилотажем. И только потом я сама, получив искусствоведческое образование, поняла: у меня был не замылен глаз, у меня не было профессионального образования, что делало меня лучшим мастером, чем моих коллег, прошедших школу “ученого искусства”. Как и я когда-то, эти ребята с ментальными особенностями смотрят на процесс совершенно по-другому, потому что не имеют нагрузки “художественной образованности”, что иногда только вредит народным мастерам. Их “неученость” заменяет навык, полученный в процессе работы бок о бок с мастером. Это делает их намного ближе к творчеству мастеров XVII-XVIII века, ведь и их предки не были профессиональными художниками в современном понятии, но тонко чувствовали красоту и имели время оттачивать мастерство постепенно — от ученика до подмастерья и далее до мастера»,- объясняет Елена Палевская.

Особенные люди – лидеры и учителя

Вот, к примеру, Артем Мурагин. Ему 32 года, у него аутизм. Он практически не говорит. Социализация и тем более трудовой процесс при наличии подобных особенностей крайне затруднены. Но оказалось, что в керамическом ремесле он лидер, а не аутсайдер.

Фото: Даниил Бессонов

Можете ли вы нарисовать идеально ровный круг, не заходить за края при работе с кистью? На глаз, без разметки, распределить фигуры на предмете и нарисовать их? Можете ли несколько часов просидеть за кропотливой работой, не отвлекаясь на кофе, перекур и социальные сети? Он – может.

«Однажды меня спросили: не думаю ли я, что работы людей с инвалидностью покупают из-за жалости? Но после нескольких лет личного опыта продаж я смело могу заявить: у Артема есть собственная клиентура, даже почитатели, люди, готовые приезжать за его работами, потому что они качественные, настоящие, красивые. Я это знаю, потому что сама не люблю, когда “особенности” превращают в навязчивый бизнес»,- говорит Елена Александровна, мама Артема.

Обучение происходит по принципу подсадничества, когда мастер занимается такой же задачей рядом с учеником, и тот подглядывает и перенимает особенности работы над изделием. В таком случае словесная коммуникация не требуется. Важно, чтобы молодые люди с особенностями работали в дружественной среде. На крупном предприятии никто не может дать гарантию дружелюбности.

Это Артур и у него тоже расстройство аутистического спектра. При этом у него есть специальное образование – он закончил колледж культуры и искусств.

Фото: Даниил Бессонов

Артур занимается в «Открытой керамике» всего полгода, но уже достиг больших успехов. Руководители проекта хотят, чтобы, помимо специальности гончара, он смог еще преподавать маленьким детям.

«Какой родитель с ребенком на уровне детского сада не хотел бы, чтобы его ребенок лепил? У нас огромный поток людей с детьми четырех-шести лет, которые хотят обучать их лепке. Артур – потенциальный учитель для таких детей, особенно учитывая свойственную ему и другим ученикам с особенностями доброту. Я преподавала и вела дипломы у специалистов в области керамики. Сейчас Артур действительно напоминает профессионала», — делится Елена Палевская.

Несколько месяцев Артур проходил адаптацию и работал под присмотром куратора. За полгода он стал вполне самодостаточным специалистом. Ему все еще сложно работать полностью самостоятельно, есть необходимость давать команды и рекомендации. Но преподаватели уверены, что со временем он перестанет нуждаться в помощи со стороны.

Монетизация проекта

Продукция, сделанная этими и другими ребятами с ментальными особенностями, продается в сувенирной лавке в тульском Кремле, где покупателями становятся преимущественно туристы. Но администратор лавки не делает упор на то, кем именно сделаны изделия, полностью исключая разницу в работах мастеров.

«Я часто сам работаю в лавке. И до момента покупки обычно не рассказываю историю того или иного изделия. Никто не говорит: «Заходите к нам, у нас есть работы особенных людей». Но если вещь человеку понравилась, и он ее берет, то ее происхождение только добавляет ценности в его глазах», — отмечает Александр Палевский.

Монетизация труда осуществляется максимально в интересах мастеров с особенностями развития. Поскольку себестоимость складывается из материалов, инструментов и прочего, руководители проекта стараются, чтобы максимальное количество операций выполняли сами ребята. Сейчас стоит задача создать так называемое сопровождаемое производство, когда есть обслуживающий персонал, который помогает не совершать ошибки и выходить из сложных ситуаций, но основную работу выполняют люди с ментальными нарушениями.

Александр Полевский. Фото: Даниил Бессонов

«Например, такое производство есть в Германии. Мы заказывали у них гончарный круг по абсолютно конкурентоспособной цене, мало того, он оказался самым легким из всего, что есть на рынке», — поясняет Александр Палевский.

Проект вышел на самоокупаемость, но теперь стоит задача начать получать прибыль для его развития.

«Как нам говорили в Агентстве стратегических инициатив, социальное предпринимательство – все еще предпринимательство. Когда представители Фонда поддержки социальных проектов приезжали в Тулу на подписание соглашения с областью, Дмитрий Богданов (директор департамента акселерационных программ Фонда поддержки социальных проектов — Прим. Ред.) прочел лекцию об акселерационной программе для социальных проектов, и мы поняли, что нам это нужно. Мы же уже много лет работаем в своей области, поэтому нам было проще. Но уровень экспертов, которые с нами работали, и их искреннее неравнодушие помогли по-новому посмотреть на проект», — говорит Елена Палевская.

Фото: Даниил Бессонов

«Запланированная нами работа — это долгий, настраиваемый вручную процесс, требующий поддержки, которая может быть различной. Так, город помог нам с помещением, в прошлом году мы получили небольшие гранты, которые позволили вывести проект на новый уровень. Но мы не хотим этой поддержки навечно. Ценность же акселерационной программы заключается в понимании того, как монетизировать проект после поддержки», — продолжает народный мастер.

«Наш проект не заканчивается грантами, он может существовать самостоятельно и после», — добавляет Александр Палевский.

Фото: Даниил Бессонов

Проект «Открытая керамика» вошел в число 38 финалистов акселерационной программы, отобранных из 400 проектов со всей России. В регионе аналогов ему нет.

Полная версия: Агентство социальной информации

 

Комментарии

  1. 111

    Может быть Ваш проект и замечательный, спору нет… Только врать не надо, что город помог им с помещением…. Выгнали, практически на улицу из помещения на ул Арсенальной (комната школьника) народного мастера России, члена Союза художников СССР Бежину Ирину Дмитриевну… Так что не понятно, то ли город её выгнал, то ли Вы… На чужом несчастье своего счастья не построишь!

Добавить комментарий